С.В. Полторацкая

кандидат филологических наук, доцент

Образы России в эмигрантской публицистике
И.А. Бунина и И.С. Шмелева

В результате анализа образа России в творчестве писателей мы убедились в том, что и Бунин, и Шмелев были близки в интерпретациях. Традиция почитания родной земли, идущая от канонов древнерусской литературы, стала основополагающей в творчестве двух писателей, строящих свое творчество по линии русской классической школы. Воспитанные литературой Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского, Тургенева, Чехова, воспевающей «старую» Россию, писатели-эмигранты целенаправленно стремились сохранить наследие писателей-классиков как явление национального достояния и продолжить своими начинаниями. В последнем пятитомном собрании сочинений И.С. Шмелева, дополненном тремя томами, составителем которого выступила Е.А. Осьминина, читательскому взору была представлена значительная часть публицистики писателя. На наш взгляд, ценно деление рассказов И.С. Шмелева по особому принципу отбора, предложенного еще самим писателем в названиях издававшихся в эмиграции книг: «Новые рассказы о России», «Рассказы о России зарубежной», «Родное. Про нашу Россию. Воспоминания». При внимательном анализе заголовков нетрудно увидеть классификацию образа России, подсказанную самим автором. Проявляются три образа родины:

1) современная Россия, «красная», «чужая»,  большевистская, советская; 2) зарубежная Россия, диаспора, географически чуждая (объединение «своих» внутри чужой территории, культуры и т.п.); 3) «потерянная» Россия, исторически родная, «утраченная» (показателен авторский эпитет – «наша»). Эти три исторически реальных образа родной земли дополняются ирреальным – образом будущей России, которая, по мысли писателя, непременно приблизится к той «утраченной» родине, которую он потерял. Подобная классификация, прочувствованная Шмелевым, по нашему мнению, приемлема в равной степени и к творчеству И.А. Бунина (как и к творчеству любого писателя-первоэмигранта). Что же касается публицистики И.А. Бунина и И.С. Шмелева, то в этом особом жанре не только явственно возникают близкие образы, но и слышится перекличка писательских размышлений. Как у Бунина, так и у Шмелева, образ России представлен в трех ипостасях: советская родина, зарубежная Россия, «потерянная» родная земля. «Новая», большевистская Россия для писателей стала местом страшной исторической катастрофы, до основания разрушившей русскую державу. Образ России осмысляется писателями в этом аспекте со стороны: родная земля выступает в качестве мученицы, вынужденной страдать от собственных детей, одержимых бесовским разрушительным стремлением, потерявших разум.

Осмысление России зарубежной подается писателями с позиции столкновения русской национальной культуры с другой ментальностью на чужой географической территории. Этот факт наследник русской культуры в зарубежье Ренэ Герра объясняет просто: «…Русские эмигранты ни интеллектуально, ни  идеологически не  «ассимилировались» с французской интеллигенцией, которая в большинстве своем не могла ни принять их, ни понять. Русские эмигранты-интеллектуалы оказались в двойной изоляции». Образ  России в связи с этим символически воплощается в образе странницы, ищущей пристанища и сочувствия, «вопиющей» о роковой судьбе. С ним связан образ Китеж-Града, являющийся сквозным во всей литературе первой волны эмиграции. Писательский пафос направлен на созидание русской национальной самобытности на чужой географической территории с целью передачи этого богатства грядущим поколениям русских. Образ «потерянной» России, наиболее объемно представленный в творчестве писателей-эмигрантов, проецируется на художественный текст посредством отражения писательских воспоминаний. Утраченная родина осмысляется как идеальный мир, представляющий собой гармонию человека, мира и над всем царящего Бога. Причем Шмелев в подаче образа «потерянной» России более склонен к идеализации, чем Бунин, что оправдывается стремлением писателя воссоздать идеальный мир святой Руси, вмещающей в себя мерило высоты человеческого Духа. Все три ипостаси единого образа связаны единой нитью мотива «потерянной» России, воплощенного писателями в россыпях авторских размышлений, имеющих особую цель – осмыслить  тернистый путь страданий своей страны. С этими думами  связаны писательские поиски будущего пути России. Бунин не видит будущего для России большевистской, надеется на изменения  на территории родной страны. Тем не менее писатель не строит иллюзорных картин возвращенной России, Бунин надеется на лучшие времена, но когда и какими они будут – мучительный вопрос для писателя, оставшийся неразрешенным. Шмелев более оптимистичен в своих воззрениях, основанных  на христианской концепции жизни и смерти. Страдания, по мысли писателя, спасительны. Россия  воскреснет в былой самобытной мощи русского духа и веры,  нужно лишь подготовить молодое поколение, имеющее уникальный гражданский потенциал.

Итак, образ России в публицистике названных писателей выявляет дополнительный смысловой подтекст ностальгических переживаний эмигрантов. Образ России синтезируется как у Бунина, так и у Шмелева в совокупном художественном пространстве их произведений, где находят отражение как авторские искания прошлых лет, так и намечается будущее.

Please publish modules in offcanvas position.

Наш сайт валидный CSS . Наш сайт валидный XHTML 1.0 Transitional