С.С. Сингур

Литературно-критический диалог М. Цветаевой и Б. Пастернака

В 1922 году Б. Пастернак пишет первое восторженное письмо М. Цветаевой после знакомства с ее поэтическим сборником «Версты». И на долгие годы становится ее единственным «всё-понимающим» читателем. Дальнейшее общение поэтов принимает особенную литературно-критическую направленность: подробно и увлеченно обсуждаются появляющиеся друг у друга произведения, комментируются тексты, ведутся разговоры о поэзии и поэтах. Многие затронутые в письмах темы позднее найдут отражение в статьях М. Цветаевой «Эпос и лирика современной России» и «Искусство при свете совести», в автобиографических произведениях Б. Пастернака.

На страницах их «эпистолярного романа» Б. Пастернак анализирует многие поэмы («Царь-Девица», «Крысолов», «Поэма Конца» и т.д.) и поэтические сборники М. Цветаевой. В разговоре о поэме «Крысолов» отмечает главные черты поэта – объективность и талант. Творчество М. Цветаевой становится необходимым подтверждением того, что «большая поэзия жива, что, против ожиданья, можно жить». Для М. Цветаевой стихи Б. Пастернака – сама жизнь, часто не помещающаяся в стихи. Отсюда совет – «писать большую вещь». Невероятная страстность его поэзии, нацеленность на Завтра и динамичность становятся родственными всему последующему творчеству.

Отличительная черта этих очерков – оригинальное сплетение суждений о произведении и исследование собственной творческой концепции. Б. Пастернак замечает: «Говоришь о вещи, нет-нет соскользнешь на речь о поэзии вообще; говоришь о тебе, то и дело подымаются собственные сожаленья: силы, двинутые тобою в вещь, страшно близки мне, и особенно в прошлом». В статье «Световой ливень», представляющей собой рецензию на сборник стихотворений Б. Пастернака «Сестра моя Жизнь», М. Цветаева формулирует важные для дальнейшего понимания ее собственного творчества позиции. Для поэтов неожиданное равенство, «равенство возможностей, равенство завтра», становится возможностью говорить на едином языке, без необходимости пояснять и разъяснять значение сказанного. А взаимная заинтересованность – поводом писать. Отсюда значительная усложненность языка критических высказываний и очерков обоих корреспондентов, «речь, как пишет А. Эфрон, понятая двоим, зашифрованная для прочих».

Please publish modules in offcanvas position.

Наш сайт валидный CSS . Наш сайт валидный XHTML 1.0 Transitional