Лев Лившиц. In Memoriam

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная ПРЕССА РУСАБРОВ Е. Герой нашего времени. 2005.
E-mail Печать PDF

«Объектив-Но».2005. 24 марта. №12 (232). (Харьков) 

Евгений Русабров, театровед 

 

 

              ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

 

21 марта в Харьковском национальном педагогическом университете им. Г.С.Сковороды прошли юбилейные Десятые Международные чтения молодых ученых памяти Л.Я.Лившица, выдающегося филолога, литературоведа, театрального критика.


 

 

Он был героем своего времени. Нет, не тем дутым, плакатным, которого так любили конструировать советские « инженеры человеческих душ». Он был героем настоящим, из тех, чьими судьбами заявляет о себе эпоха, кто нужен ей, чтобы сложить свои рискованные – самые высокие и самые жестокие – исторические сюжеты.

Он был героем особенного времени. Нет в истории человечества века кровожаднее и подлее, чем ушедший двадцатый. Но и у этого века было своё « средневековье». Оно досталось Лёве Лившицу (он доживет до сорока четырех лет, станет уважаемым коллегами и студентами Львом Яковлевичем, но всегда между собой, в знак особой теплоты, исходящей от этого человека, все будут звать его Лёвой, « Лёва Лившиц» – выбьют на могильной плите, навсегда отгородившей его от нас).

В юности он был одним из признанных лидеров блестящего предвоенного поколения литфаковцев Харьковского университета. Уйдя со студенческой скамьи на фронт, служил военным корреспондентом, политруком взвода пешей войсковой разведки. Раненным, контуженным инвалидом войны, – двадцатипятилетним ее ветераном, полным надежд на счастливое будущее, – вернулся он после Победы в родной город, к матери и любимой жене Оле (Ольга Давидовна – красавица, умница, верная подруга и главный соавтор всех жизненных свершений Льва Яковлевича), чтобы, наверстывая упущенные для мирной жизни годы, учиться, любить, творить. С головой окунувшись в литературную и театральную жизнь Харькова, молодой искусствовед быстро стал известным и авторитетным критиком. Его рецензии на спектакли – чаще всего он писал их в соавторстве со своим другом Борисом Милявским и подписывал псевдонимом Л.Жаданов – отличались проницательностью аналитического взгляда, убедительной обоснованностью суждений, а главное – честностью оценок, сверяемых только со шкалой подлинных художественных ценностей, а не с иерархией чинов, званий и лауреатских значков.

28 января 1949 года в « Правде» появилась статья « Об одной антипатриотической группе театральных критиков», положившая начало позорному погрому отечественной культуры и круто изменившая судьбы многих людей. Почему правящая партия и всесильный вождь едва залечившей страшные раны Отечественной войны огромной державы обрушили свой гнев именно на театральных критиков? А с другой стороны – почему литературовед Лев Лившиц именно в это время так увлекся театром? Об этом можно было бы писать многотомные исследования, но не вдаваясь в неуместное здесь многословие заметим лишь, что по законам сюжетосложения трагический (то есть – берущий на себя ответственность) герой подсознательно стремится на самые опасные, гибельные участки.

Очень быстро выяснилось, что развернутая по всей стране кампания устрашения носит и явно выраженный антисемитский характер – публиковавшиеся в газетах списки « критиков-космополитов» пестрели « типичными» фамилиями. Можно сказать, что Лев Лившиц был обречен стать « героем» этой кампании просто потому, что он был слишком ярок, талантлив и честен, чтобы, имея к тому же столь подходящие анкетные данные, не попасть под жернова репрессий.

Но с другой стороны, – и мы обязаны об этом помнить, – такие кампании всегда питаются человеческой завистью и трусостью. Кто-то из приятелей написал донос, кое-кто из коллег – театральных критиков – подкрепил его « разоблачительной» экспертной оценкой; и вот уже « тройка» так называемого « особого совещания» привычно, без суда и следствия, по стандартной статье об антисоветской агитации определяет « безродному космополиту» Льву Лившицу десять лет лагерей.

Надо признать, что Харьков отличился тогда рекордным рвением в борьбе с « идеологическими диверсантами». К примеру, в Москве, где активным преследованиям и публичным « проработкам» подверглись несколько десятков театральных и литературных критиков, – цвет профессионального корпуса, – «космополиты» лишались возможности печататься, работать по специальности, исключались из партии и творческих союзов, но все же – впору воспеть особый советский гуманизм! – никто из них не был лишен права бедствовать на свободе. В Харькове посадили двоих. Кроме Льва Лившица, по той же схеме, срок получил известный театральный критик Владимир Морской. Вскоре после ареста Морской скончался в тюрьме. Лившиц – выжил. Хотя четыре с половиной года, проведенные в лагере под Челябинском до последовавшей в 1954 году послесталинской реабилитации, окончательно подорвали и без того не богатырское здоровье инвалида войны.

И все же последнее десятилетие жизни Льва Лившица оказалось наполненным напряженной работой и чрезвычайно плодотворным. Он преподает в родном университете, защищает диссертацию, – до сих пор нисколько не потерявшее актуальности исследование пьесы М.Салтыкова-Щедрина « Тени», – в соавторстве с М.Зельдовичем издает фундаментальную хрестоматию критических материалов по литературе XIX века, становится крупнейшим исследователем и публикатором литературного наследия Исаака Бабеля (также реабилитированного, правда – посмертно, в те « оттепельные» годы).

Выступая с блестящими лекциями не только в студенческих аудиториях, но и в городском лектории, Лившиц сыграл в то время особую роль в духовной жизни Харькова. Это он впервые «привез» в наш город Булата Окуджаву и Евгения Евтушенко, познакомив харьковчан с выразившими дух эпохи бардовской песней и новой поэзией. Вот почему ранняя смерть в последний день зимы шестьдесят пятого была воспринята многими как символ конца « оттепели» .

За свою трагически недолгую жизнь Лев Яковлевич успел стать для современников воплощением бескорыстной, всепоглощающей и требовательной любви к искусству, жизни, людям. Он многое успел. Но время неумолимо. Десятилетия замалчивания в « эпоху застоя», казалось, навсегда оставили его имя в тех, давно минувших днях. Момент истины наступил в феврале 1995 года, когда в Харьковский Дом актёра на первый за тридцать лет публичный вечер памяти Льва Лившица собралось неожиданно много людей. Оказалось, что он по-прежнему объединяет их, несмотря ни на что, дотянувшись через годы, вопреки времени...

Вскоре друзьями и живущими теперь в Израиле детьми Льва Яковлевича – Татьяной и Яковом – был основан Фонд Лившица. Под его эгидой благодаря бескорыстным, подвижническим усилиям крупных ученых Б.Л.Милявского, Л.Г.Фризмана, Е.А.Андрущенко, А.З.Житницкого и поддержке руководства Харьковского национального педагогического университета им. Г.С.Сковороды с 1996 года проводятся ежегодные Международные чтения молодых ученых памяти Л.Я.Лившица, на которых с докладами по теории и истории литературы и театра, работами по театральной и литературной критике уже выступили более четырехсот молодых исследователей из Украины, России, США, Германии, Швейцарии, Израиля, Ирана, Таджикистана. Кроме выпускаемых к каждым Чтениям программ и аннотаций за последнее десятилетие Фондом изданы сборники «О Лёве Лившице. Воспоминания  друзей»,«Вопреки времени» (исследования, статьи и театральные рецензии Л.Я.Лившица), а также два выпуска « Критика. Драматургия. Театр», включающие тексты лучших докладов Международных чтений.

Нынешний 2005 год для тех, кто помнит о Льве Яковлевиче, окрашен мистической игрой чисел и дат: восемьдесят пять лет со дня его рождения, сорок – со дня смерти, пятьдесят пять – со дня ареста, десять лет – Чтениям… Нет, дело не в мистических совпадениях, это наша благодарная память вписывает его имя в текущий календарь. Лёва Лившиц – герой нашего времени.